Кто есть кто в Казахстане









Рейтинг@Mail.ru

КТО ЕСТЬ КТО В КАЗАХСТАНЕ
Данияр Ашимбаев


Либо всем, либо никому
Руслан БАХТИГАРЕЕВ, "Время", 4 июля

В последнее время государство предпринимает различные шаги для снижения социальной напряженности в обществе. Поддержка многодетных матерей и других социально уязвимых слоев населения, списание штрафов и пеней по просроченным кредитам, снижение долговой нагрузки... С одной стороны, это вроде правильно: государство должно заботиться о своих гражданах. С другой - возникает резонный вопрос: почему эта забота распространяется не на всех? Почему те граждане, которые ответственно подходят к планированию семьи, кто регулярно и исправно платит налоги и соблюдает законы, оказываются в заведомо более проигрышном положении, чем те, кто этого не делает?
"Сегодня вопросы социальной политики в основном решаются в формате денег, но это неверный путь, - указал в своем посте в социальной сети экономист Айдархан КУСАИНОВ. - Прямое денежное решение вопроса в виде повышения социальных пособий и льгот, а тем более развитие адресной социальной помощи являются тупиковым движением во взаимоотношении власти и общества. Более того, такой подход способствует и расколу в самом обществе. Модель, в которой государство откупается от своих граждан деньгами, то есть выдает деньги нуждающимся, устарела и не работает нигде в мире. Просто в силу того, что при таком подходе нуждающимся становится выгодно оставаться нуждающимися, а активным невыгодно быть активными - зачем напрягаться, если можно иначе получить много выгод?"
И с этим мнением трудно не согласиться. Любое решение государства о соцподдержке наиболее уязвимых слоев населения вызывает недовольство со стороны тех, за чей счет формируется бюджет. Представители среднего класса открыто говорят о том, что в стране растет и крепнет иждивенчество. Так ли это на самом деле? И что нужно предпринять, чтобы остановить этот негативный процесс? Об этом и многом другом наш корреспондент побеседовал с политологом Данияром Ашимбаевым.
- В Шымкенте прошел митинг арысцев, которые заявили, что не хотят возвращаться в родной город, и требовали предоставить им жилье в Шымкенте, Туркестане и Нур-Султане. И вот что интересно: когда глава государства встречался с арысцами в эвакуационном пункте, никто из них таких требований не выдвигал. Просили лишь помочь восстановить жилье. А через несколько дней такой резкий разворот. С чем это связано? И нет ли здесь стороннего интереса в разогреве ситуации?
- Безусловно, есть и то и другое. Ожидать разумного и логичного поведения от народных масс, находящихся в стрессовой ситуации, довольно сложно. А когда возникла тема "а давайте воспользуемся ситуацией и улучшим свои жилищные условия", эти массы направили весь накопленный стресс в определенное русло. Я думаю, что, учитывая остроту жилищного вопроса, присущего любому региону, а также то, что в Казахстане все друг другу родственники, многие решили воспользоваться этой ситуацией. Поэтому и люди в Шымкенте, никак не связанные с Арысью, тоже решили присо­единиться к этим требованиям. Но благодаря совместным усилиям властей города и Туркестанской области ситуацию, в принципе, разрулили.
- Тем не менее непонятно такое поведение: сегодня люди просят одно, а завтра ведь могут потребовать совершенно другое...
- Но упрекать их в этом нельзя. Социальная ситуация в стране далеко не самая благополучная. Экономика практически стоит на месте. Реальные доходы населения не растут. Курсовая политика вызывает определенные вопросы (а от импорта мы зависим очень сильно). И за последние годы стрессовое давление на население значительно выросло.
При этом мы видим, что растет и закредитованность населения. Люди берут деньги в банках, в микрокредитных организациях, через терминалы, онлайн, через телефоны. Это говорит о том, что населению не хватает денег. Заметили, как выросло количество ломбардов, игорных заведений - не казино, а игровых автоматов, букмекерских контор и т. д.? Это показатель того, что всем нужны деньги любой ценой. А все потому, что большая часть населения страны находится на грани прожиточного минимума. То есть денег хватает в лучшем случае на еду и коммунальные расходы. При этом не стоит забывать, что многие не имеют собственного жилья. А расходы на аренду жилья, естественно, сказываются на семейных бюджетах. Поэтому желание улучшить свои жилищные условия вполне оправданно.
Или другой момент. Государство постоянно говорит о том, что нужно стимулировать рождаемость. И требования тех же многодетных матерей тоже вполне понятны: вы хотели, чтобы мы рожали больше граждан Казахстана, вот и обеспечьте нас нормальными условиями.
- Но ведь государство просит повысить рождаемость, а не заставляет. Мы сами в ответственности за своих детей. Люди должны как-то рассчитывать, сколько детей они могут вырастить, какое образование смогут им дать и т. д., надеясь в первую очередь на себя, а не на дядю из государства. На мой взгляд, статус социально уязвимого населения постепенно становится статусом иждивенцев и к нему все больше людей пытаются примкнуть…
- Я вас прекрасно понимаю и целиком согласен с вашей точкой зрения. Да, такой подход плодит иждивенческие настроения в обществе. И государство несколько раз пыталось побороть это. Вспомните разговоры о социальной модернизации, об обществе всеобщего труда, о борьбе с иждивенчеством и т. д., с одной стороны. Но с другой стороны, традиционное общество как в городах, так и в селах тяготеет к государственному патернализму. И государству, которое проводило многие годы курс по поддержке корпоративного сектора, банков второго уровня, сегодня трудно объяснить простым гражданам, что нужно добиваться всего самим.
В условиях, когда на поддержку некоего банка было потрачено несколько миллиардов и при этом весьма смутно были оговорены условия возврата этих денег, для масс это, как знамя! Если мы строим капитализм, где каждый выживает самостоятельно, то либо не помогаем никому, либо помогаем всем. С точки зрения морали у нашего государства в этом вопросе весьма уязвимые позиции.
- Ответьте откровенно: у нас есть иждивенчество в стране?
- Конечно есть! Но оно во многом обусловлено отсутствием возможности работать и получать нормальные доходы.
- То есть вы считаете, что если появятся фабрики и заводы, то все иждивенцы сразу же пойдут на них работать?
- Это не решит проблему до конца. Все равно будут категории людей, стремящиеся получить помощь от государства. К тому же государство объявило о массовой поддержке социально уязвимых слоев населения, и теперь открещиваться от своих обещаний оно уже не может.
Можно, конечно, раскритиковать указ президента Касым-Жомарта ТОКАЕВА, но он несколько снимает социальную напряженность. Другое дело, что из этой ситуации нужно выходить всеми возможными способами: изменениями в фискальной, в строительной, в макроэкономической политике, новыми подходами к индустриальной и аграрной политике. Если мы этим не будем заниматься, получим такую же ситуацию, как в Афганистане, где образованная публика сбежала из страны или закрылась в городах под охраной. А остальное население влилось либо в криминальные структуры, либо в радикальные группировки. Другой занятости там не осталось.
Пока же у нас практика государства и декларируемая им политика, к сожалению, находятся в противоречии друг с другом. Потому решение главы государства о списании долгов малообеспеченным слоям населения, с точки зрения среднего класса, предпринимателей, которые планируют семью исходя из своих возможностей, которые берут кредиты исходя из своей платежеспособности, тщательно относятся к подбору детских садов, врачей, экономят на отдыхе, лишь бы обеспечить стабильность семейного бюджета, воспринимается по большей части негативно.
Почему те, кто платит кредиты вовремя, автоматически оказываются в менее привилегированном положении, чем те, кто этого не делает? Тем более мы прекрасно знаем, что значительная часть потребительских кредитов берется не на строительство, не на ремонт бытовой техники, а на проведение тоев, на покупку дорогих смартфонов или более престижных марок автомобилей, чем это обусловлено необходимостью. Но, опять-таки, разделить юридически тех, кто взял смартфон и живет впроголодь, и тех, кто взял деньги на детскую коляску или ремонт разваливающегося дома, очень сложно. Особенно это касается беззалоговых кредитов.
Такое же возмущение у нас вызывают факты, когда государство тратит миллиарды на поддержку корпоративного сектора. В отчете Счетного комитета хорошо видно, как миллиарды, выделенные на инвестиционные программы, лежат мертвым грузом на депозитах в банках или нецелевым образом истрачены. То есть с точки зрения морали лучше помогать простым гражданам, чем олигархам, которые почему-то в последние годы сильно стали нуждаться в "помощи". Хотя, казалось бы, им в период кризиса было бы проще продать одну лишнюю виллу и инвестировать полученные деньги в развитие бизнеса. Вопрос, согласитесь, не только экономический, но и этический.
- А мне кажется, что здесь главный вопрос заключается в том, почему средний класс вынужден выступать в роли донора, к которому присосались и малоимущие, и крупный бизнес, и олигархи. И что все наши налоги уходят к ним, а не на поддержку того же среднего класса, который в отличие от тех же социально уязвимых слоев населения голосовал именно за Токаева...
- Да, президент был избран в первую очередь голосами среднего класса. Но он является президентом всего Казахстана и обязан заботиться о всех. Опять же, средний класс за свои налоги все равно получает определенные "плюшки" от государства - развитие коммунальной инфраструктуры, строительство школ, детских садов, вузов и т. д. И отказаться от помощи малоимущим мы не можем.
А разговоры о том, что люди нерационально подходят к формированию семейного бюджета, - лишнее свидетельство того, что в стране низкий уровень финансовой грамотности.
- Но это же проблема не государства, а самих людей…
- Да. Но это проблема наших людей. Государство, закрывая глаза на массовое кредитование населения банками, микрофинансовыми организациями, провоцирует появление таких проблем. Если помните, раньше были ограничения по выдаче кредитов. В учет брался фактор дохода. Сейчас же кредиты дают практически всем. Посмотрите на те же терминалы: ввел данные с удостоверения личности - получил деньги. То же самое с онлайн-кредитованием. И при этом никакого анализа платежеспособности. С этой ситуацией надо что-то делать. Поэтому объявленные Токаевым меры по запрету выдачи кредитов людям, имеющим доход ниже прожиточного минимума, оправданны.
Но нужно не просто решать проблемы, а создавать такие условия, при которых эти проблемы больше не возникнут. При этом должен быть комплексный подход. Есть много вариантов развития промышленности, малого и среднего бизнеса, но про диверсификацию, про импортозамещение мы только слышим в госпрограммах… Если у людей будет возможность работать и получать доход и будут перспективы роста, то фактор социального иждивенчества при жестком контроле со стороны государства будет сходить на нет.
И главное, государство должно понимать: если мы строим капитализм, он должен быть для всех, если строим социализм, он тоже должен быть для всех. Не должно быть такого, что одни живут в особо комфортных условиях, а другие всего должны добиваться сами.





Новости ЦентрАзии: