КТО ЕСТЬ КТО В КАЗАХСТАНЕ
Данияр Ашимбаев

ПубликацииК читателям!Об автореО КазахстанеГде купить

Политические разборки можно было отложить на потом
Марсель Хамитов, ia-centr.ru, 27 апреля

Задержание с последующим арестом гражданского активиста Альнура Ильяшева и задержание журналиста и медиаменеджера, бывшего члена Национального совета общественного доверия (НСОД) при президенте Казахстана Армана Шураева с последующей мерой пресечения в виде подписки вызвало большой резонанс в казахстанском обществе, запертом в своих домах из-за карантина. Дело в том, что их обоих задержали по обвинению в распространении заведомо ложной информации. Известный правозащитник, директор Казахстанского международного бюро по правам человека и соблюдению законности Евгений Жовтис заявил, что эти задержания являются демонстрацией силы со стороны казахстанских властей и попыткой запугивания общества. А Ильяшев – это политический заключенный. Международный фонд защиты свободы слова "Адил соз" расценил кампанию по обвинению журналистов и гражданских активистов в распространении заведомо ложной информации, как "охоту на ведьм".
Между тем, по словам близких и друзей задержанных, вся их вина заключалась лишь в том, что они критиковали действующую власть, первого президента Казахстана Нурсултана Назарбаева и партию Nur Otan, созданную и возглавляемую Назарбаевым.
25 апреля стало известно, что интересы Ильяшева будет представлять известный алматинский адвокат Таир Назханов.
"На первый взгляд, дело Ильяшева носит очевидный характер гражданско-правовых отношений. Однако для Альнура избирается самая строгая мера пресечения в виде ареста. Хотя в законе есть положение о том, что арест применяется в исключительных случаях, когда невозможно избрать другие меры пресечения. При этом А. Ильяшев со слов знающих его людей характеризуется самым положительным образом и общественной опасности не представляет. Но все мы в курсе об активной гражданско-политической позиции и деятельности Ильяшева. Так, какая необходимость в мере пресечения в виде ареста, если это не политически мотивированное дело?" - написал Назханов на своей странице в Facebook.
Есть ли в этих делах политическая составляющая, как считают правозащитники и юристы? Об этом мы спросили известного казахстанского политолога, члена НСОД, главного редактора энциклопедии "Кто есть кто вы Казахмтпне" Данияра Ашимбаева.
- Данияр Рахманович, что вы думаете об обвинении "за распространение заведомо ложной информации"?
- Силовые органы стали активно использовать эту статью, которая стала актуальна в период карантина, поскольку в сетях стали распространяться всевозможные фейки о причинах и событиях, связанных с коронавирусом. Комитет информации активно рассылает "письма счастья" о том, что та или иная информация не соответствует действительности, но при этом не сильно себя утруждая разъяснениями, что именно соответствует действительности.
Что касается Шураева, то я не видел, чтобы он рассылал какую-то фейковую информацию о коронавирусе. Напротив, все, кто за ним следит в социальных сетях, говорят о его интервью ресурсу Exclusive, в котором он критиковал Первого президента и описывал роль его семьи в казахстанской экономике. Тут следует не забывать, что в уголовном кодексе Казахстана есть статья, подразумевающая наказание за критику Первого президента. Но на эту статью при задержании Шураева, насколько мне известно, никто не ссылался. А Шураев потом распространил сообщение, что приносит свои извинения за то, что распространял недостоверную информацию. И о чем идет речь – понять сложно. Поэтому мне видится, что этот вопрос не столько карантинный, сколько политический.
Мы все прекрасно знаем, что в Казахстане существует несколько реальностей. Если оставить в стороне карантинный поток, то есть одна известная тема, часто обсуждаемая – о возможных противоречиях между первым и вторым президентами. О том, что якобы есть очень сильная конфронтация, что рассматриваются различные сценарии – либо по возвращению первого президента к власти, либо по продвижению Дариги Назарбаевой на пост президента и так далее. В условиях карантина, который сжал информационное пространство до узкой щели, а людей заставил сидеть по домам, понятно, что подобного рода информация распространяется очень легко. Тем более, в Казахстане действует немалое количество анонимных телеграм-каналов, где идут массовые интерпретации, без какой-либо подтверждающей фактологической базы. Оппозиционные СМИ у нас давно исчезли, однако есть активный читательский спрос, и в первую очередь среди чиновничества, именно на информацию, скажем так, компроматно-слухового характера. И в итоге возникает картина, что с одной стороны власть категорически борется с подобного рода информационными явлениями и ничего предложить взамен не в состоянии, а с другой – сама же активно читает, обсуждает и, думаю, распространяет. Потому что читать только о том, какие все в стране замечательные – довольно муторно. Так вот, многие такие анонимные "источники" активно обыгрывает тему противостояния двух президентов. И буквально недавно советник президента Ерлан Карин выступал с жесткой критикой подобных информационных вбросов. Но надо понимать, что даже если и какие-то противоречия имеются, то оба президента не давали никакого повода для подобных разговоров. Из этого следует, то даже если и имелись между ними сильные конфликты, то усилиями самих президентов, их аппаратов, эти ситуации удалось сгладить. И понятно, что ни Акорда (резиденция президента), ни Библиотека (резиденция Первого президента) не заинтересованы в конфронтации. И понятно, что информационная картина о якобы идущей конфронтации между ними, не выгодна им обоим.
- Про Альнура Ильяшева говорят, что виноват он лишь в том, что критиковал партию Nur Otan. Можно ли выражение личного мнения о той или иной политической партии расценивать как ложную информацию, которая опасна во время режима ЧП?
- Те высказывания, которые были обнародованы, не влекли за собой необходимость ареста. И тут либо их арестовывали не за то, что они обсуждали, а за что-то другое, либо, скажем так, режим ЧП начал приобретать какую-то свою логику. Одно дело, когда речь идет о сознательном нарушении карантина или режима ЧП и совсем другое, когда речь идет о подобной трактовке нарушений. Проблема в том, что силовикам тяжело остановиться. Министерство внутренних дел во главе с Ерланом Тургумбаевым очень, на мой взгляд, ответственно и организованно подошло к выполнению возложенных на них карантинных обязанностей. Но понятно, что запущен маховик, который начинает трактовать "врагов карантина" как врагов государства. И, как показывает история, в такие моменты довольно тяжело тормозить. На мой взгляд, в аресте Шураева и Ильяшева была некая составляющая, которая не озвучивалась. Либо речь идет о высказываниях, которые не были в открытом доступе в социальных сетях, либо им были инкриминированы другие статьи, о которых решили не упоминать – к примеру, та же статья про критику первого президента. Поэтому сказать, за что именно их арестовали – довольно сложно.
- Не был ли создан прецедент, который позволит в последующем закрывать любого человека, любое СМИ, ссылаясь на эту статью?
- Помните, на одном из созданий НСОД поднимался вопрос о декриминализации статьи о клевете? И тогда Касым-Жомарт Токаев эту инициативу поддержал. С другой стороны, мы помним, что многие журналисты и СМИ привлекались к ответственности и подвергались административно-правовому давлению безо всякого использования статьи о клевете. При желании у них находили налоговые и другие нарушения. Статья о клевете – это всего лишь один из пунктиков, но совершенно необязательный с точки зрения выстраивания нездоровых отношений между государством и СМИ. С другой – не раз возникала ситуация, когда те или иные дела начинали трактовать как политические: борьба за власть, за передел сфер влияния и так далее. И, как правило, силовикам не всегда было, что ответить на эти обвинения, даже доходившие до суда. И когда речь идет о фигурах вроде Ильяшева и Шураева, государство оказывается в этой ситуации перед сложным выбором: если дать силовикам возможность довести дело до конца, они смогут ее использовать в своих интересах. Есть и другой нюанс: без соответствующего информационного сопровождения любые подобного рода кампании будут негативно восприняты в обществе. Какое бы ни было отношение к Ильяшеву или Шураеву, при проведении не совсем понятных арестов в условиях карантина и чрезвычайного положения, негативно сказывается на имидже власти. Да, теоретически можно говорить об опасности высказываний того и другого, но, поверьте, есть и другие способы противодействия – медийные, политические и т.д. А аресты, на мой взгляд, тем более, сейчас, когда в парламенте рассматривается пакет законов о либерализации политической системы, негативно влияют на имидж государства. Если же в этих делах есть другая составляющая – неплохо было бы ее озвучить.
- Фонд "Адил соз" заявил в связи с этим, что в Казахстане закручиваются гайки. Вы согласны с этим утверждением?
- Нет. Потому что, повторюсь, непонятно за что их арестовали. Вполне возможно, что в этом деле присутствовал элемент сознательной провокации.
- Провокации с чьей стороны – задержанных или власти?
- В одном случае, я думаю, можно говорить о провокации со стороны задержанного, а в другом – о провокации со стороны какой-то из ветвей власти. Просто во всей этой ситуации есть очень много трактовок, но нет реального информационного поля. И силовики толком ничего не разъяснили, и соратники выступили с большим количеством заявлений, но при этом сложилось впечатление, что ни те, ни другие не владеют информацией в полном объеме. Просто сейчас в стране не время для арестов. Можно арестовывать коррумпированных чиновников, можно арестовывать тех, кто сознательно саботировал карантин или воспользовался им для личной наживы, но политического рода разборки можно было бы отложить на потом. И использовать не столько силовые методы, за исключением, конечно, явных провокаторов, сколько политический инструментарий. А арест, на мой взгляд, надо использовать только в самых крайних случаях.


ПубликацииК читателям!Об автореО КазахстанеГде купить

Рейтинг@Mail.ru